when you said i would die from smoking i answederd i knew, i didn't care
на работе что-то непонятное, все не так, как я хочу, я хронически простужена с подозрением на смертельные болезни, родители уехали на океан оставив меня без прикрытия вообще, саша улетела в германию, оставив меня без совести и советов, сессия закрыта без особых на то причин. время тянется неприлично медленно, утро, длинные дни, заполенные по идее летним временем, по календарю да, но что это на улице. пререживания, предположения, недосказанности и лицемерие от безысходности. я пью вино каждый вечер, убеждаюсь в глупости людей, встласть придаюсь мизантропии каждый день, строю планы и не верю, не верю в себя по прежнему. живу на два дома, а может на больше, непонятно мне, вещи тут, вещи здесь, вещи там, еда есть там, но нет тут, стандарты проживания двадцати лет соблюдны по всем правилам, но у меня на кухне играют двое преркасных и я пожалуй пойду к ним. наверное, я буду по этому скучать

как бы так поверить в себя

а вы помните, когда вам последний раз приходилось садиться, потому что коленки дрожат? когда приходилось неметь и краснеть от одного взгляда на кого-нибудь? когда пальцы рук как будто затекли и покалывает и нервно теребишь все что ни попадется, хорошо, если куришь, достать, прикурить, подержать в руках. когда песня в плеере пробирает до мурашек по предплечьям, бывает же так. когда смотришь и думаешь: вот прямо сейчас, пусть в меня ударит молния, иначе я за себя не отвечаю. когда приходилось реветь от избытка чувств, просто потому что невозможно держать внутри все, что накопилось, когда прешься куда-то посреди ночи, просто чтобы посидеть, а дома мама и папа ждут. а вы помните, когда последний раз вы смеялись так, что невозможно вздохнуть, до ощущения прелести кислорода. и появления мыслей, как прекрасно, что я это я и что я сейчас и именно здесь. как смотришь на него и леденеет внутри оттого как бездумно он дает прикурить разным девочкам. как неспокойно, жутковато и прекрасно, помните?

с тех пор как пришел счет на почти десять тысяч за превышение трафика на работе и песни вконтакте равно как и видео и фото пришлось отменить, изучаю интернет-сервисы
как много интересного!

господи почему наряду с врожденной грамотностью, способностью к иностранным и проницательностью мне не была дана способность адекватно выражать свои мысли, ведь их скопление в голове - большая умственная нагрузка которая ощутимо давит на мозжичок.
как передать удивление от тополиного пуха на двадцатом этаже, как передать знакомые полузабытые ощущения того, что когда-то происходило, когда возвращаешься, невзначай. как передать дрожь по всему телу от танцев, мы же пьяные, чем не оправдание, как передать мягкость разноцветного одеяла, как передать насыщенность жизни, когда каждый день что-то новое, как передать степень свободы когда ты ночью без рук на велосипеде едешь по набережной, как передать тоску, синюю, серую, свинцовую, которая насквозь когда небо серое и низкое, как передать тошностворную ложь, и то, что внутри творится со мной каждый день от диапазона чувств, как передать ощущение отсутствия в мире, когда абсолютно все равно куда, и спокойствие от одной улыбки, и как передать это все, и где получатель
у меня другая жизнь, меня спрашивают из-за границы, а я пишу что-то несвязное, про то, что окно теперь одно и из него не видно всего города как на ладони, а какую-то чужую уютную улицу, что мне хочется слушать питер фм а я потеряла плеер. про то, что мы катаемся на велосипеде и как здорово засыпать когда тебя обнимают сзади. про то, как вечерами пью кофе с девочками в жан-жаке и говорю о разном важном и неважном, без чего, на самом деле, нельзя. захожу в магазин по дороге домой, за соком и шоколадкой, девяносто процентов времени кажется, что так и надо, валяться допоздна, готовить вместе обеды, встречаться с друзьями, встречаться друзьями, врагами, смотреть в окно, читать книжки, ходить за сыром и вином, улыбаться, целовать на прощание, не давать обещания
только иногда что-то дрожит внутри. как звонок невовремя, как столкнуться взглядами ночью на перекрестке. или песнями этими, от которых только и хочется, что смотреть в небо

ладно, ладно, давай не о смысле жизни, больше вообще ни о чем таком
лучше вот о том, как в подвальном баре со стробоскопом под потолком пахнет липкой самбукой и табаком
в пятницу народу всегда битком
и красивые, пьяные и не мы выбегают курить, он в ботинках, она на цыпочках, босиком
у нее в руке босоножка со сломанным каблуком
он хохочет так, что едва не давится кадыком

черт с ним, с мироустройством, все это бессилие и гнилье
расскажи мне о том, как красивые и не мы приезжают на юг, снимают себе жилье,
как старухи передают ему миски с фруктами для нее
и какое таксисты бессовестное жулье
и как тетка снимает у них во дворе с веревки свое негнущееся белье,
деревянное от крахмала
как немного им нужно, счастье мое
как мало

расскажи мне о том, как постигший важное – одинок
как у загорелых улыбки белые, как чеснок,
и про то, как первая сигарета сбивает с ног,
если ее выкурить натощак
говори со мной о простых вещах

как пропитывают влюбленных густым мерцающим веществом
и как старики хотят продышать себе пятачок в одиночестве,
как в заиндевевшем стекле автобуса,
протереть его рукавом,
говоря о мертвом как о живом

как красивые и не мы в первый раз целуют друг друга в мочки, несмелы, робки
как они подпевают радио, стоя в пробке
как несут хоронить кота в обувной коробке
как холодную куклу, в тряпке
как на юге у них звонит, а они не снимают трубки,
чтобы не говорить, тяжело дыша, «мама, все в порядке»;
как они называют будущих сыновей всякими идиотскими именами
слишком чудесные и простые,
чтоб оказаться нами

расскажи мне, мой свет, как она забирается прямо в туфлях к нему в кровать
и читает «терезу батисту, уставшую воевать»
и закатывает глаза, чтоб не зареветь
и как люди любят себя по-всякому убивать,
чтобы не мертветь

расскажи мне о том, как он носит очки без диоптрий, чтобы казаться старше,
чтобы нравиться билетёрше,
вахтёрше,
папиной секретарше,
но когда садится обедать с друзьями и предается сплетням,
он снимает их, становясь почти семнадцатилетним

расскажи мне о том, как летние фейерверки над морем вспыхивают, потрескивая
почему та одна фотография, где вы вместе, всегда нерезкая
как одна смс делается эпиграфом
долгих лет унижения; как от злости челюсти стискиваются так, словно ты алмазы в мелкую пыль дробишь ими
почему мы всегда чудовищно переигрываем,
когда нужно казаться всем остальным счастливыми,
разлюбившими

почему у всех, кто указывает нам место, пальцы вечно в слюне и сале
почему с нами говорят на любые темы,
кроме самых насущных тем
почему никакая боль все равно не оправдывается тем,
как мы точно о ней когда-нибудь написали

расскажи мне, как те, кому нечего сообщить, любят вечеринки, где много прессы
все эти актрисы
метрессы
праздные мудотрясы
жаловаться на стрессы,
решать вопросы,
наблюдать за тем, как твои кумиры обращаются в человеческую труху
расскажи мне как на духу
почему к красивым когда-то нам приросла презрительная гримаса
почему мы куски бессонного злого мяса
или лучше о тех, у мыса

вот они сидят у самого моря в обнимку,
ладони у них в песке,
и они решают, кому идти руки мыть и спускаться вниз
просить ножик у рыбаков, чтоб порезать дыню и ананас
даже пахнут они – гвоздика или анис –
совершенно не нами
значительно лучше нас

вот теперь я начну зачитывать накопившиеся слова
нас пора бы тут всех отчитывать за бессовестные дела
тот запил, этот ждет на лестнице на карьерной, с пометкой press
мы истошно живые, светимся а ты помнишь, куда ты лез?
а зачем тебе все эти премии, эта слава, ведь все - не то,
антикризисная эпидемия, заработай в экспресс-шапито

а ты помнишь когда в этом месяце ты смеялся? слишком я стала непробиваемая, а ты какой был такой и есть, чтобы мне тут остаться холодным голосом в телефоне, хороший мой


не могу сосредоточиться на работе и учебе, все-таки лето, вот день рождения отпраздновали, мне двадцать лет, я немножко переживаю по этому поводу, но все идет по плану и очень хорошо. я живу в двумя прекрасными, они устраивают хозяйство, покупают поварешки, чайник и сажают анютины глазки.
есть ощущение, что все правильно

ну вот наконец-то мне снова стало полегче, время, когда не тошнит от окружающего и не хочется выгнать всех замерзать на улицу, бывает практически каждый день. пока недолго. мама говорит, что уважает меня, я храбрюсь, хотя все еще мечтаю провести хотя бы один вечер в уюте и одиночестве. максимум - вдвоем. люди вокруг постоянно, качество в количество, количество в качество, плюс минус. все кажутся если не лицемерами, то очень поверхностными. рассуждают с видами знатоков о том, о чем не имеют ни малейшего понятия. неужели так важно произвести впечатление на всех. нет же ничего классного в том, чтобы всем нравится. но бить телефон при каждом звонке уже не хочется, по крайней мере. радуюсь музыке и паре славных девочек. хотя нужно бы радоваться всему. кому, как не мне, и не в моем положении.
было несколько дней, когда слушала питерское, смотрела на воду закутавшись в плед, стояла на балконе, теперь есть такой, в центре города, я тут живу, как-то не понять до сих пор этого, сиела на фонтанке, снова полюбила город, прочувствовалось, сколько специально не заставляла себя ощущать улицы, а вот села на окно поговорить по телефон и солнце вышло
как в кино, все как будто я в непонятном кино, как-то так получается, и не отпускает меня это ощущение уже несколько дней, вот женщина за таким же окном напротив посмотрела на меня, вот смех слышится из кухни, а там так накурено что дышать невозможно совсем. и так много людей каждый день я встречаю разных, и у всех в голове сотни и тысячи мыслей, и каждый думает что эта история именно про него
еще много думаю разного но тут к сожалению писать нельзя
песни попадают в настроение, так странно себя ощущаю

где мне найти то, что я видел в тебе, и чем дышал
забери меня туда где я найду тебя снова и снова

буду беречь себя

ты с ней шагаешь по свету нет ее сигареты
каждый выдох ее каждый вдох подсчитаешь
она все понимает и с ней из-за этого

и лишь она есть на свете дым ее сигареты

я - маленький Будда

вчера день города, великолепный, люди яркие, радостные, оркестры и карнавальные костюмы, мы гуляли с сашей, как год и два назад, у меня до сих пор в айподе сорок фотографий того времени, их не стереть никак и я все время вас всех таскаю с собой, ребятки.
потом нечаянно заговорили про завещания и саша только рассмеялась и спросила, мол, ну и что ты собралась кому оставлять. сейчас-то подавно кажется, что ничего у меня нет. полсотни дисков с музыкой, дюжина тетрадок с размышлениями, коробка с какими-то воспоминаниями, полароиды настолько выцвели что даже не разобрать, к чему, только надпись "коктебель" и загорелые лица там. еще пара десятков недоделанных дел, несколько проектов в развитии, небольшая сумма денег на карточке, несданная пока еще сессия, ясные планы на будущее. несколько дико прекрасных людей, просто мини-боги какие-то вокруг меня, как писали тут когда-то, что ни друг, то флеш-рояль, я без сарказма, честное слово. все остальные сами собой откланиваются, я раньше так удивлялась этому, расстраивалась даже, а тут поняла что и хорошо. как все эти сотни безделушек которые да, можно было бы взять для уюта, но жизненной необходимости в них нет. вся моя жизнь сегодня уместилась в одну сумку, я сидела и думала, а потом поняла, даже круче, в обычную разноцветную сумку через плечо. ежедневник, папка с документами, пара мелочей, телефон, еще что-то, все остальное можно было бы и не брать. а сегодня выкинула два мешка вещей, которые лежали года два и все рука не поднималась, такое странное ощущение. хочется повыкидывать всего, расчистить побольше места в жизни, пора наверное.
вот и весна заканчивается, ненавижу подводить итоги, но для меня всегда это был важный рубеж. я постоянно была где-то и с кем-то, очень много болела, очень много работала, наверное, не зря, очень много понимала и видела, научилась говорить вместо "домой" - "заеду к родителям", научилась не бояться ничего и четко понимать, что нужно делать, поменялось абсолютно все, кажется, грустно и трудно, но рекордное количество раз я подумала, что, черт, это же лучшее время, и дельше судя по всему тоже будет очень трудно, это же была только первая волна, ты чего, но это прекрасно, это правда очень прекрасно.
задача минимум все успеть, ох потянуло меня на размышления. постоянно какая-то неимоверная движуха, я на самом деле не могу сидеть на месте, и все хлопают в ладоши и смотрят завистливо, а ты улыбаешься им и понимаешь, что именно такой реакции и ждала. все это очень классно ребятки, только на кой черт. все и так заранее понятно, но я не любитель этим пользоваться, поэтому мне от этого только сплошной облом. это как покупаешь афишу и с первой полосы понимаешь что номер абсолютно пустой. конечно, продолжаешь, все снова хлопают в ладоши а ты только стоишь и думаешь, ну что такое, ну я же должна с задором все, всех победить и в первых рядах, да как-то запал еле теплится, только на окружающих. мама, ты посмотри, как они все пытаются доказать мне, что я дерьмо, а я все выхожу и выхожу сухая из воды. как это отвратительно, мама. что же это такое, неужели всегда так, не можешь сам, попробуй загрызть того, кто сильнее. только зубы все пообломают и злости прибавится. хожу и слышу периодически - да что ты можешь понимать-то, родная моя, в двадцать то лет, откуда ты такая вылезла то, уверенная. хороший способ - полить говном, когда нечего противопоставить. только я знаю, что это не я неправильно, это вам просто трудно вести разговор. и зудит, зудит внутри, что не можете себе такого позволить. выбирать нужное, все менять и переделывать, говорить, что думаешь. как просто жаловаться на то, что невозможно найти работу и скептически замечать - ну что ты пашешь как лошадь, еще и ерундой какой-то занимаешься.
хорошо, я умею защищаться, я выстроила вокруг себя такие урепления, что редкий камень в мой огород долетит, и спорить не надо, никому не нужно ничего доказывать, себе только, постоянно. со мной стало многим трудно, а я наконец-то пришла в себя, только очень усталаю что хорошо, на нытье абсолютно нет времени, вот и славно.

вчера забила на все, спала до трех, никуда не пошла, гуляла в парке на солнце и вечером опять легла спать. мне даже не мучает совесть, хотя теперь успеть все невозможно абсолютно.
есть предчувствие что получу по шее на работе
конечно все успею и сделаю. не как тошнит от дел. хочу на дачу и там в спячку.

позавчера полдня каталась в машине социального патруля, набитой мольбертами, подрамниками и людьми, потом в кронштадте был дождь а мы раздавали детям чупа-чупсы, иногда все так насыщенно, что просто деваться некуда. на днях уснула прямо в одежде даже не заметила как уснула, вчера засыпала под утро тоже, очень болела нога, так танцевала ночью, что села на разбитый стакан, теперь еще и еле хожу, хочется поныть но нельзя начинать никогда-никогда. родители присылают письма по электронной почте, что могут приехать за мной на луну, а я вроде определилась с местом жительства.
ничего, все спокойно. только нужно постоянно учиться, но я все никак не могу, что-то не дает. непосещение университета или отсутствие студенческого. или возможность засыпать и просыпаться на любимых руках и коленках. это что-то что я никак не могу поймать и выразить словами, можно только почувствовать в первые секунды после того как проснешься, надо наверное почитать в букваре о зависимости об этом, да там не пишут об этом, нигде не пишут об этом.моя сдоба, моя зазноба, мой мальчик, пробирающий до озноба.
хотя, конечно, многое идет не так и все кажется пошатыватеся и катится к чертям, с настроением странно, но чем дальше тем легче все переносится.
слова не клеятся совсем, могу описывать состояния музыкой, окружением, фотографиями.
зачем-то сижу на работе. наверное холодно, но это не страшно.
хочется фотографий, распечатать, и увесить стены
все так резко изменилось а я не успела понять что произошло. но вот ничего, все спокойно

как важно в какой-то момент остановиться, отключить голову и поделать что-то для души. все как-то становится ярче и возможнее. доброе утро!

разрываюсь между чужими домами, между желанием запить и необходимостью вылезать из сложившихся трудностей, проверяю себя на всхожесть, пью водку и пишу книгу о профилактике алкоголизма, послезавтра нужно сдавать в печать, кстати если кто-то хочет быть увековеченным в этом славном издании свяжитесь со мной, я задам вам пару вопросов. пытаюсь привести в порядок хаотичную работу десяти людей, я хреновый начальник, вот что выясняется. срочно нужно много денег чтобы было где жить, чтобы есть, чтобы купить учебник, и еще что-нибудь для радости, а зарплаты все нет и нет, да и будет она такая маленькая что даже не хочу думать, не хочу думать, не хочу думать. разрываюсь между уверенностью в себе и мыслями, что все, что я делаю - неправильно. узнаю людей больше и больше и как только узнаю достаточно, большей части из них хочется снести голову. жизнь кипит. получаю странные сообщения и письма все так и продолжают приходить мне. играю в бубен в костюме пирата на краю города, играю в организатора на работе, играю. все перепуталось в голове, проснулась сегодня в ужасе с мыслью, как такое могло произойти, но, судя по всему, приснилось. как говорится, рассудок двоится. нужно сделать миллион дел, нужно напистаь курсовик, нужно сдать документацию начальству, нужно не забыть что-то про одно и про другое и вроде если взять себя в руки перестать ныть и начать уже наконец радоваться то все успеется и образуется, но хочется только сидеть и смотреть в одну точку. хочется лежать ночью посреди стадиона и петь песни в небо. хочется тепла и быть на крыше как когда-то давно. хочется снова писать про любовь но сейчас это единственное кажется что со мной и даже показывать людям боязно. хочется остановиться и привести все в порядок, так чтобы время при этом не шло. а жизнь кипит. выкипает.

невысказанные слова начинают давить изнутри, пусть меня уже прорвет и я смогу всем все высказать.
опять пришло письмо, бумажное, и черт возьми я не знаю что с этим делать. ведь мне сейчас никто не нужен кроме. совсем и ничего. учиться не могу работать не могу. love me that is all

можно ли сойти с ума от счастья. сойти с ума оттого что ты ошибся в счастье. сойти с ума пытаясь понять можно ли. можно ли настолько доверяться чтобы не думать.
можно ли ненадолго поставить на паузу, прекрасный фильм но резкая смена кадров
москва. теплая майская. с переживаниями моими, с небом высоким, с миллионами мыслей, по-домашнему как-то все, люди такие славные, тепло, солнечно и разговоры такие ценные в метро и на набережных и чувства опять только тут, мне казалось, что-то семейное. я люблю наблюдать.
мы сидели на траве и смеялись как дураки. а мне хотелось остаться в том вечере позавчера, как там было, только стихи писать с вином. хотелось сдать билет.
страшно понимать что даже вернувшись в питер можно оставаться вне времени и пространства, хотя ни это ли то что я больше всего люблю. абсолютно разрозненные мысли, хотя нет, не так. все очень и очень понятно но об это не стоит, наверное. погрустить, для профилактики

у меня новое восприятие любви, я и раньше могла написать диссертацию, а теперь все новое, возникшее не силовом поле в миллионы ватт, которая кружится над городом и зажигает фонари на десять метров вперед, гасит лампочки в комнатах, останавливает мир под дождем на невском, и вся существующая жизнь концентрируется в животе твоем, вместе с электричеством всех мегаполисов, и щелкает током на губах, обветрились, а тут дождь. я четвертый день еду домой в абсолютном счастье, открыты невероятные залежи ископаемых, энергия страшной силы, созидающая, все кажется возможным, разрушающая, могу перемолоть кого угодно, наращиваю невидимые мускулы, чтобы сокрушить если что. мое зарядное устройство, нескончаемый стимул к росту, сравним с показателем все выжигающего чувства, страшновато, вдруг вспыхнет и останусь сидеть на пепелище под крышей, которой нет. все ручки вправо, шкалят датчики. тут пахнет чем-то физическим, электричество, ток, алкоголическим, знаю, что рано или поздно разрушит меня, я всегда выживала и оставалась в дамках, но этот силы такой, что либо сгореть птицей феникс, когда наконец повыносит все пробки, либо расти и крепчать. это счастье мое, мое, сколько нелепости бывает в одиночестве, и как она вырастает в огромное, как земной шар, мое, мое.
мы не очень-то этим друг с другом делимся, это видимо перерастаешь, это глупое желание упереться лбом ему в солнечное сплетение и гнуть свое «я люблю тебя, в сторону ни на шаг». концентрируешься на себе, меньше сил тратишь на его периодических женщин, на накладки и неполадки, улыбаешься снисходительно и добро, дескать я то знаю все твои повадки, хватки, лучше буду беречь тепло. но только нагреешь, надышишь воздухом, сквозняком все прогонит, вихрем, и сидишь на кухне саша, сашенька, я пропала, ты смотри, сколько в нем свободы и наслаждения, как он пожимает плечами когда играет, я натурально схожу с ума, там вся жизнь, вот под этой вот бледной кожей, и моя, и моя уже тоже там. он посмотрит иногда и я становлюсь размером со спичечный коробок, как он рядом, когда мне страшно, в чужих домах. как кричит и ругается, невозмутимо идет впереди, разозлится, встанет у бара, пьет. а мне только интереснее и задорно.

так и маюсь
натоплю, да все выдует, пыль по углам несет
он как ветер, как страшный голод
но пока еще теплится, это меня спасет
он мерещится, кажется всюду, снится
как навязчивый, я не могу уснуть
надо вымыть посуду, под утро хотел явиться
уже поздно
покурим
и надо пойти вздремнуть

а как мы танцуем, а как мы улыбаемся и пьем за счастье. я, пожалуй, нигде не видела большей свободы, чем в этих движениях, и улыбка, улыбка пронзительная, зажмурившись от чего-то, танцевать, танцевать, танцевать. закрыв глаза. конечно алкоголь, но ведь...
или проснуться на даче от холода, и смеяться до головокружения вспоминая что творили вчера, ведь утро понедельника и по идее совесть должна вести на учебу и работу но стоит выйти на теплую улицу... и зажмуриться, лежать на траве и болтать о ерунде. конечно, солнце, но ведь не только...
в моем бродяжничестве свой кайф. обнаруживаешь себя в самых неожиданных ситуациях, каждый раз даже не удивяешься, а радуешься за себя. чувство свободы, возможно. приходить и уходить когда хочешь. не слушать то что не хочешь. думать о своем. слушать свою музыку. ощущать, что все происходящее со мной постоянно удивительно и правильно. так и долно быть.
сказали, мои волосы теперь пахнут не так как раньше, даже потеряли запах. стираются запахи, лишние следы, номера телефонов, меньше привязанностей и легкость какая-то во всем. я недавно боялась развеяться по воздуху, от непривязанности. вот уже и запах исчез, подумала в лифте, возможно дальше я перестану видеть себя в зеркале.
постоянно на ногах и абсолютно нет сил, праздники, но чувствую невесомость. чувствую яркость. чувствую. город, природу, людей, музыку, воздух. все хорошо.
наверное, нужно было тепло, я отогрелась немного и хожу счастливая, что-то огромное и теплое кристаллизовалось из музыки и солнечного чего-то, фильмов, из вечерних фонарей на петроградской. сегодня так, невыносимая легкость бытия. и еще любовь. и чувствовать. кожей чувствовать. и зажмуриваться от радости. все так нежно и трепетно. только прикоснись.
ради всего этого стоит жить. и еще чтобы понимать что все это происходит именно с тобой.
как я много сегодня поняла

про алину орлову
она космическая, от нее мурашки с момента как она вышла на сцену одна и села за клавиши и заканчивая безумными всплесками танцев, и поет прекрасно, хотя сама сказала, что песенки глупые. и правда. если чудеса только в книжках, если чудеса только в фильмах







не найти покоя. не найти дома, я потерялась в пространстве и в себе и во всех. неделю бродяжничала, вот вернулась к родителям. странно мне. как-нибудь я оязательно напишу много про людей вокруг меня, про мир вокруг меня, про смысл, а, хотите, буду писать про каждого по отедльности? а сегодня меня солнышко пригрело и телефонный звонок один - вывел из ступора, поэтому - не стану